«Легче всякое новое дело начать и окончить, чем старое испорченное дело починивать»
Безотносительно
Портрет Петра Первого прижизненный 1717 г
Писал А.де Гельдер (ученик Рембрандта)

https://www.youtube.com/watch?v=4MGK_bL78NU
«Слава Русскому народу!»
Однажды, в 1962 году, на въезде в Верх-Нейвинск , где разворачиваются автобусы, с утра появился яркий плакат «ДОЛОЙ ХРУЩЕВА! СЛАВА РУССКОМУ НАРОДУ!». До обеда висел. Все сбегали, посмотрели. Слухи по поселку поползли. И вот приехали какие-то люди в гражданской одежде, но с военной выправкой. Плакат сорвали. Сориентировались на местности. И тут же извлекли на свет божий молодого патлатого художника. Не били. Но вежливо объяснили, что существуют места не столь отдаленные, сколь необжитые. И из всего семейства цитрусовых в этих местах водится только клюква, коей молодому художнику предстоит лакомиться лет десять. Без сахара. Тем самым есть все шансы исправить косоглазие. На робкое возражение художника, что у него косоглазия не наблюдается, один из гражданских показал ему увесистый кулак и поправил: пока не наблюдается.
А вообще-то даже не били. И разговаривали довольно вежливо. Причем «Долой Хрущева!» их не интересовало. А вот «Слава русскому народу!» очень задело. Задавали вопросы с подковыркой. Почему «русскому», а не «советскому»? Сам ли придумал? Кто подучил? И все такое.
Надо сказать, что художник отделался легким испугом. Было собрание, его исключили из комсомола. И все. Добра пирога!
Я виделся с ним. Хороший дядька. Смеется.
Спрашиваю: а почему «Долой Хрущева!»?
Враз посерьезнел. Ты что, говорит, Женя, он нас едва-едва в Третью мировую не втянул!

Отправился как-то в экспедицию на Север.
А я знаю короткую дорогу из Екатеринбурга на Сыктывкар.
Там есть отрезок, километров пятьсот грунтовок, зато вообще нет машин. И мне там ездить очень нравится.
Уходишь с Екатеринбурга на Тагил, дальше на Качканар, не заезжая, уходишь налево через Теплую Гору, дорога пустая, через перевал, на Губаху, через Кизел на Березники (от Екб всего пятьсот километров).
И вот, из Березников через Каму, слева у меня Усолье, дальше налево своротка на Орел-городок, а мне - направо, на Пыскор, дальше на Касиб, на Гайны, на Кажим и до Сыктывкара. А дальше еще грунтовки до Соль-Вычегодска (от Екб 1560 км). Это уже Север.
И вот, выезжаю с моста, и прямо передо мной павильон - написано: "Свежая выпечка"!
Ух, как я обрадовался! Я голодный, ехать мне еще - хрен знает, сколько, а тут на тебе - свежая выпечка! - любой бы обрадовался.
Захожу, а там продавщица, такая молодая, дерзкая и с титьками. Причем, про это все понимает, потому как в декольте! Но я человек пожилой, и про это тоже все знаю. Тут главное глазами не зацепиться. Только зацепился - застыл и начинаешь пялиться, и забываешь, что хотел сказать. И стоишь, как дурак. Поэтому лучше не смотреть. Да я и не смотрю, а так, замечаю, что грудь у нее горизонтально и слегка колышется, а на груди три золотые цепочки расходятся, как круги по воде... Круги по воде... круги по воде... круги по воде... Стоп! Ты что, купаться собрался?! Прямо так и нырнешь? В незнакомом месте?! Оп, о чем это я? Ах, да!
- А что, и вправду, - говорю, - у вас свежая выпечка?
- Конечно, - отвечает, - свежая!
- А что - горячая?
- С чего вдруг, горячая? Она у нас в холодильнике лежит.
Я аж обиделся.
- Так она у вас тогда несвежая!
- Как это несвежая, она же в холодильнике лежала!
- Ну и что, - говорю, - вон, Майкл Джексон тоже в холодильнике лежал, и чего?
А она, наглая такая:
- Ну так не испортился же!
- Ага, - говорю, - а ты сначала попробуй, а потом и говори.
И выскочил из павильона. И дверь скорее закрыл, чтоб не слышать, что она мне ответила. И то, молодежь нынче пошла, в рожу плюнешь - драться лезут.
Ехал злой и голодный. А потом, в Гайнах купил горячего хлеба, сыра и молока. Поел и стал смеяться.
Отправился как-то в экспедицию на Север.
А я знаю короткую дорогу из Екатеринбурга на Сыктывкар.
Там есть отрезок, километров пятьсот грунтовок, зато вообще нет машин. И мне там ездить очень нравится.
Уходишь с Екатеринбурга на Тагил, дальше на Качканар, не заезжая, уходишь налево через Теплую Гору, дорога пустая, через перевал, на Губаху, через Кизел на Березники (от Екб всего пятьсот километров).
И вот, из Березников через Каму, слева у меня Усолье, дальше налево своротка на Орел-городок, а мне - направо, на Пыскор, дальше на Касиб, на Гайны, на Кажим и до Сыктывкара. А дальше еще грунтовки до Соль-Вычегодска (от Екб 1560 км). Это уже Север.
И вот, выезжаю с моста, и прямо передо мной павильон - написано: "Свежая выпечка"!
Ух, как я обрадовался! Я голодный, ехать мне еще - хрен знает, сколько, а тут на тебе - свежая выпечка! - любой бы обрадовался.
Захожу, а там продавщица, такая молодая, дерзкая и с титьками. Причем, про это все понимает, потому как в декольте! Но я человек пожилой, и про это тоже все знаю. Тут главное глазами не зацепиться. Только зацепился - застыл и начинаешь пялиться, и забываешь, что хотел сказать. И стоишь, как дурак. Поэтому лучше не смотреть. Да я и не смотрю, а так, замечаю, что грудь у нее горизонтально и слегка колышется, а на груди три золотые цепочки расходятся, как круги по воде... Круги по воде... круги по воде... круги по воде... Стоп! Ты что, купаться собрался?! Прямо так и нырнешь? В незнакомом месте?! Оп, о чем это я? Ах, да!
- А что, и вправду, - говорю, - у вас свежая выпечка?
- Конечно, - отвечает, - свежая!
- А что - горячая?
- С чего вдруг, горячая? Она у нас в холодильнике лежит.
Я аж обиделся.
- Так она у вас тогда несвежая!
- Как это несвежая, она же в холодильнике лежала!
- Ну и что, - говорю, - вон, Майкл Джексон тоже в холодильнике лежал, и чего?
А она, наглая такая:
- Ну так не испортился же!
- Ага, - говорю, - а ты сначала попробуй, а потом и говори.
И выскочил из павильона. И дверь скорее закрыл, чтоб не слышать, что она мне ответила. И то, молодежь нынче пошла, в рожу плюнешь - драться лезут.
Ехал злой и голодный. А потом, в Гайнах купил горячего хлеба, сыра и молока. Поел и стал смеяться.
Женщина, немолодая уже. Пытается забрать из детдома 13-летнего мальчика. История романтическая. Её муж жил с матерью этого мальчика. Мать умерла, и мальчика забрали в детдом. И единственный человек, кому нужен этот мальчик, вот эта женщина, которая связана с ним через своего неверного мужа. Есть женщины…
Потом женщина пришла. Ей пенсию насчитали 8439 рублей. А за квартиру по зиме насчитывают по семь тысяч. Пока я придумывал, чем помочь, пришел парень, который хочет к 300-летию Екатеринбурга собрать триста горожан и совершить с ними восхождение на Эльбрус. На этом фоне я долго не мог понять – чего он от меня хочет.
Потом пришла женщина молодая, но изможденная. Живет на улице Артиллеристов. Работает уборщицей, двое маленьких детей. Беда в том, что в доме нет воды, а колонка за двести метров. А там и помыться, и постираться, и приготовить – не натаскаешься. А у меня денег нет, и я подсказал одному молодому депутату, который точно собирается идти на выборы – как он может начать предвыборную кампанию. Это было бы и честно, и красиво. Он было согласился, пообещал и исчез. А помощники объяснили, что если он начнет так всем помогать, то к нему очередь выстроится. Знакомый аргумент. Причем я точно знаю, что кампания его будет стоить миллионов пятнадцать. И на печатание пустых газет и листовок он потратит миллионы. Ему практически ничего не стоило одним искренним поступком заручиться моей поддержкой.
Потом пришла женщина, которую муж выгнал из дома, который они вместе строили. Разбираемся.
А потом пришел мужик. Сын его, нарколыга, сидит в ИК-2. Студент-юрист, между прочим. Мать умерла, он в гроб загнал. Дома устроил притон, все вытащил, что мог. Отец его посадил, а если б не посадил, тот бы уж сдох давно, да ещё бы кого-нибудь за собой утащил. Но срок кончается, и мужик понимает, что его ждёт. Советоваться пришел.
И почти вслед за ним пришла семидесятилетняя женщина. Сын-наркоман попал в 14 году за хранение в Сочи. Получил трёшку. Освободился по УДО. Какое-то время держался, а потом начал торговать. И его хлопнули 19 марта. За сбыт. От десяти до двадцати лет. А у него, гада, четверо детей. Старшей – 13, а младшей 4 года. А мать по партийной линии работала, и ей всегда очень стыдно было. Но сейчас она уже не за него переживает, а за детей. Потому что на жену его никакой надежды нет. И детей могут просто отнять. Выстраиваем линию поведения. Будем помогать.
Потом пришёл парень. Входит в молодёжное правительство Свердловской области. И говорит: я считал, что это социальный лифт, но мне это всё не нравится. Если честно, мне всё это тоже не нравится. Все эти молодежные общественные палаты, молодежные правительства, расширенные правительства… Всё это симулякры. Вообще, очень много молодых шло. Все принимали участие в митинге 2 апреля. Все спрашивают – что дальше? Одновременно с этим приходили несколько юристов, готовые оспаривать отмену прямых выборов вплоть до ЕСПЧ.
Потом мужик пришел. После инсульта. Стал жаловаться, что у него пенсия 17 тысяч. А там полный кабинет народу, все говорят: «Мужик, да у тебя роскошная пенсия!» А он 28 лет в горячем цехе. У него две комнаты в общаге, платит за них шесть тысяч.
И сразу же две женщины пришли с лыжными палками. С Уралмаша. Славные тетки! Вопрос простой – помогу. Стал расспрашивать. Одна работала маляром в 17 и 52 цехах. Танки красила и пушки. Работа сверхвредная. Пенсия 15 тысяч. Пока говорила, аж глаза зажглись. «А муж мой всю жизнь в 94 цехе работал. Да и умер там!» И в голосе прозвучала гордость! Ох, милые вы мои!
Потом пришла Катя, у которой в 19 лет было уже трое детей. Как-то помогаем, девчонки наши присматривают за ней. Она похорошела. А у неё семимесячная дочка с собой. А всем девчонкам сразу охота поводиться. Начали жулькаться, с рук на руки передавать. А та от полноты чувств взяла да и срыгнула на ЛейлуГусейнова. Побежала переодеваться.
А потом мужик зашёл. Такой трудный! Ему 70 лет, жене 36. Жена лежит с двусторонним воспалением легких в больнице. А двоих детей – четырех и семи лет – забрали в приют. Смотрим чем помочь.
А потом пришел замечательный поэт – Евгений Касимов. И говорит: «Приходи ко мне в гости на Пасху щуку фаршированную есть!» Я говорю: «Женька, ты чё! Добрые-то люди куличи на Пасху пекут. Ты, похоже, всё перепутал!» Он говорит: «А я и вправду перепутал. Мне Ленка написала записку: купить муку, 3 кг. А я, говорит, прочитал: купить щуку, 3 кг. И с трудом, весь город обежал, и нашёл ведь ровно на 3 кг! Приношу домой. Она говорит: «Купил муку?» Я говорю: «Какую муку?» И показываю ей щуку. Она говорит: «Да и то. И давай!» Так что приходи на Пасху, у нас будет фаршированная щука.»
Не было бы счастья…

Посмотрите на лица, на самодельные плакаты: на митингах по разнарядкам такого близко нет. У нас все по-настоящему. Наш дом - наши правила! Город - это мы! Вольным людям - честные выборы! Мы горожане, а не население!
Горжусь Екатеринбургом.













Екатеринбург!
У нас хотят отнять наше право самим выбирать себе мэра!
Мнение жителей города им безразлично.
Мы остались одни из последних в стране, кто имеет такое право и его надо отстоять.
Митинг против отмены прямых выборов 2-го апреля в 19.00 на пл. Обороны.
Я буду.
Когда фотографировались, мы конечно, старались втянуть животы, но обнаружили, что нам так трудно улыбаться.


Внук пришёл просить за бабушку. Бабушка болеет, разрушается коленный сустав и тазобедренный задет. Боли страшные. А внук живет отдельно, но стал помогать, потратил на её лечение 160.000 рублей, пошёл на курсы, научился делать уколы и каждый день по несколько раз приезжает к ней и обезболивает. Надо ставить эндопротезы. Он приехал к хирургу, и операцию назначили на конец 2019 г. Он говорит хирургу: «Не протянуть столько, у неё боли очень сильные!» А хирург, человек хладнокровный, говорит: «Ну, от боли ещё никто не умирал.»
И вот парень пришёл ко мне. Я спрашиваю своих: «Кто-нибудь помнит, чтобы внук за бабушку просил?» Наоборот, когда бабушки за внуков ходят - полно случаев, иногда даже за взрослых внуков хлопочут, а внуки за бабушек -никогда, ну разве что в Дом престарелых пристроить..
И мы всерьёз взялись и сумели все решить. И парень поехал на консультацию, но по дороге, догадался, заехал за бабушкой, привёз ее в клинику и там решили все вопросы сразу. Потом он завёз бабушку домой и вернулся к нам рассказать.
Ему 23 года, мать у него давно умерла, а бабушка - мамина мама, ему от неё ничего не надо, просто любит и бережёт.
Право самим избирать себе мэра даёт горожанам возможность при любых обстоятельствах иметь свою позицию, отстаивать ее и быть услышанными, смягчить самые неприятные федеральные тренды и сохранять лицо города и городские традиции.
Разница выборов и назначения очевидна:
Тот, кого избрали, отвечает перед своими избирателями, а тот, кого назначили, отвечает только перед тем, кому обязан назначением.
РИА Новости: В Пентагоне заявили о бессилии США перед гиперзвуковым оружием России
Интерфакс: У США не оказалось защиты от российского гиперзвукового оружия.
ВЗГЛЯД : Пентагон расписался в бессилии перед гиперзвуковым оружием России.
МИР24
Пентагон: США беззащитны перед гиперзвуковым оружием России.
ДОЖДЬ: Трамп заявил Путину о беспокойстве из-за нового оружия России.
МК: "У нас нет защиты": Пентагон признал бессилие перед российским оружием.
Коммерсант: В Пентагоне заявили об отсутствии защиты от российского гиперзвукового оружия.
Вот такие утренние заголовки. К сожалению, это напоминает туземные пляски с бубнами для поднятия собственного боевого духа.
Один инженер-металлург, выпускник УПИ, напившись пьян, дерзко похитил в магазине бутылку Шериданс, был незамедлительно пойман, осуждён по ст. 158 к штрафу 6.000 руб и с позором уволен с почтового ящика. Это было 15 лет назад. С тех пор он ни разу не сумел устроиться на работу. Поистрепался и пообносился. И вообще. Блатная жизнь отблагодарит. Да он уже и сам все понял. Пообещал помочь ему и рассказал в целях укрепления духа.
Юле было двенадцать лет. Она украла жвачку в киоске. Ее поймали, родителей оштрафовали, а Юлю поставили на учет в детскую комнату милиции. Потом она исправилась. Хорошо училась, окончила институт, устроилась на работу, хорошо себя зарекомендовала и пошла на повышение. Но неожиданно вмешалась служба безопасности, и повышение зарубили. Выяснилось, что она привлекалась и до сих пор состоит на учете. Ей было очень обидно. Мало того, что карьера не сложилась, еще и все об этом узнали. А ведь десять лет уже прошло. И она мне говорит: «Ну, посмотрите какая несправедливость. Я понимаю, что это самое начало моей жизни, и такой позор, я даже не знаю, как дальше жить. Такой стыд, такая неудача, и в самом начале». Я вдруг говорю: «Слушай, я тебе расскажу: В 1942 году на Южном фронте было очень тяжело, прибыло пополнение. И в первом же бою один восемнадцатилетний вдруг бросил оружие, заткнул уши и побежал, куда глаза глядят. Его еле поймали, и военный трибунал приговорил его к расстрелу. Его должны были расстрелять перед строем, но обстановка была очень тревожная, поэтому его вывели несколько человек – прокурор, начальник дивизионного СМЕРШа, представитель военного трибунала дивизии и врач. Поставили на краю воронки, выстрелили в него несколько раз, и когда он упал, врач зафиксировал смерть. Его столкнули в воронку и сапогами нагребли земли. Как-то закидали и ушли. Через некоторое время солдатик ожил, сумел откопаться и пополз в расположение части. И на пути его оказалась землянка прокурора, и он туда скатился. Представляете, сидит такой прокурор и с чувством выполненного долга кушает тушенку, и вдруг на пороге возникает окровавленный покойник, которого он только что едва ли не собственными руками расстрелял и собственными ногами похоронил!!!... Вой, конечно, крики, набежали все. Солдатика давай перевязывать. Все-таки ребенок совсем, 18 лет. Что делать никто не знает, а добить никто не берется. Доложили председателю трибунала фронта Матулевичу. И тот распорядился: «Ввиду исключительности обстоятельств заменить расстрел сроком заключения, а всех исполнителей расстрела ввиду нарушений приказа и преступной халатности разжаловать и направить в штрафной батальон». Что и было исполнено. И никого из них не осталось в живых, потому что разжалованные штабные, как правило, погибали в первом же бою. А бойца, когда немножко подштопали и подлечили в госпитале, в связи с нецелесообразностью и видимо невозможностью отправления в тыл, также определили в штрафбат и отправили на передовую, где он принимал участие в самых жестоких боях, был ранен, выжил, вернулся в строй и дошел до Берлина. У него была медаль «За отвагу», «За боевые заслуги» и «Орден Боевого Красного Знамени». К концу войны у него уже выросли усы. И он всегда удивлялся тому, что его жизнь началась лишь с того момента, когда его расстреляли и закопали. Через шестьдесят лет в родной деревне его именем назвали улицу».
Я не беру взяток, езжу на Тойоте-Камри, которой 10 лет, не нанимаю охрану, летаю экономом и не хожу через ВИП. Зарплата моя порядка 150 т.р. на руки. Я стараюсь ее отрабатывать.

Комментарии
Имел же я глупость когда-то за вас проголосовать, Евгений.