Евгений Ройзман (roizman) wrote,
Евгений Ройзман
roizman

Так живем

Один пожилой дядька, краснодеревщик, до 2016 года упорно продолжал жить в Советском Союзе. То есть он по каким-то своим соображениям решил не расставаться с советским паспортом. Ну и как-то жил, пока уж совсем не припекло. Инсульт хватил, да и вообще помощь требуется, да и пенсию как-то надо получать. И вот родственники ходили-ходили в УФМС, и им каждый раз объясняли, что невозможно поменять паспорт. В конце концов они снова туда пришли, написали жалобное заявление, оставили там и пришли к нам. Мы включились, договорились с районным отделением. Невестка этого могучего аксакала получила на руки прописанный алгоритм действий, выполнила каждый пункт, а Степан Чиганцев контролировал весь процесс. И на последний прием принесла разных вкусных пирогов, радостно сообщила, что новенький паспорт свекру, наконец, выдали. И говорит: «Ровно в тот день, когда выдали новый паспорт, из УФМС по почте вновь пришла скорбная бумага, что, к сожалению, получить новый паспорт не представляется возможным». Я волком бы выгрыз… А пирогами мы всех до вечера угощали.

А потом баба Саша принесла большой горячий пирог. Она одна воспитывает внучку, которую тоже Саша зовут. Мы им всегда стараемся помогать. Саша, кстати, отличница.

А потом еще принесли огромный торт, тоже очень вкусный. Мы всех угостили. А вообще на каждый прием приносят пирожки и торты. Такие вот мои бонусы.

Женщина пришла, сорок шесть лет. После смерти матери оставалась с отчимом в одном доме, а отчим дом продал. И она осталась на улице. Три года без жилья. Не пьет, не курит. Все время где-то работает, подрабатывает. Но без регистрации нормальную работу не найдешь. Ночует где ни попадя. Иногда в доме ночного пребывания. А последние дни на вокзале ночевала. Причем она им делает какую-то работу, помогает, а они ее пускают переночевать в комнату матери и ребенка, где душ есть. И вот она сидит передо мной, идти ей некуда. Человек не пропащий, позитивный, работы не боится. А пойти некуда. И ты ей не скажешь: «Ну, приходите через месяц». Потому что это надо решить здесь и сейчас. Полдня она у нас просидела. В конце концов, мы все-таки решили. И очень я доволен, потому что нет тяжелее чувства, чем когда от тебя уходит человек, ты ничем не можешь ему помочь, смотришь ему в спину и понимаешь, что идти ему некуда. Кстати, если кому нужен в загородный дом, в хостел сторож, уборщица-администратор в одном лице, с проживанием. Имейте в виду, контакты есть.

Потом пришли две бодрые бабушки, обеим под восемьдесят. Говорят: «Женя, скажи, которые старые, с них не будут удерживать за капремонт?». Я вздохнул и сказал: «Будут». Одна было пригорюнилась, а другая толкнула ее в плечо и говорит: «Да ладно тебе, дольше будем платить – дольше жить будем». Я так и не понял – как это между собой связано, но такая стойкость меня порадовала. Потом Лара Булатова им насобирала всяких гостинцев, конфет да пирогов. Они пошли довольные и уже в коридоре говорят мне: «Ты знаешь, Женя, молодежь-то ведь у нас очень хорошая, мы нашу молодежь сильно уважаем». Поскольку молодежь у них начинается лет с пятидесяти, а все остальное дети, то мне было очень приятно это услышать.

Потом пришла женщина с очень обидной историей. Ей уж за полтинник. Всю жизнь работала маникюршей. Взяла деньги в АИЖК 2 400 000 на пятнадцать лет и купила скромную однушку. И платила шесть лет. Выплатила 2 500 000. А с тринадцатого года заработков не стало. И квартиру у нее отняли. И выселяют. Ни копейки денег не возвращают. И ничего у нее больше нет. И вот так на шестом десятке остаться на улице. Смотрю, чем помочь.

Потом девчонка пришла из Молдавии. На сумочке ленточка георгиевская повязана. У нас, говорит, из-за американцев все плохо стало. А раньше, говорю, хорошо было? Раньше, говорит, тоже плохо было. А проблема у нее такая, что она прошла обследование за деньги, а деньги должны были перечислить из соцзащиты, но вовремя не перечислили, а теперь говорят, что денег нет. Вопрос двух тысяч рублей, но для нее критично. Решили.

Несколько разных людей приходили. Говорят: «Выборы приближаются». Я говорю: «И что?». Спрашивают: «За кого голосовать? С кем идти?». А я знаю?

Потом мама пришла. Дочке у нее одиннадцать лет. Шахматистка, двукратный чемпион России по детям до тринадцати и двукратный чемпион Европы. И сейчас надо ехать на чемпионат мира в Грузии и на первенство Европы в Праге. Никто не финансирует. Правильно, это же не Олимпиада в Сочи. Смотрю, чем помочь.

Несколько человек приходили по выделению земельных участков для льготных категорий. Ситуация крайне нелепая. Область у города забрала возможность распоряжаться неразграниченными землями. Сказали, что сами будут выделять. В результате у них образовалась очередь, которая растет. Городская очередь при этом никуда не делась, и она тоже растет. А теперь еще и самого министра, и половину МУГиСо посадили. И иди сейчас, найди с кем разговаривать. Придумываю системное решение.

Очень много народу идет. И проблемы с жильем, и зарплату не выплатили, и жить не на что, и самые разные несправедливости. Стараемся помогать.

Пришел огромный груз от могучего Артур Шомахов, коляски и ходунки. Всего порядка ста. Спасибо парням из Владивостока и Хабаровска, которые встретили и растаможили. И парням, которые помогли доставить до дверей. И всем добрым людям, которые этот груз собирали. Разгрузились в техникуме. У них большая производственная база. Сейчас ребята с мастером все распакуют, соберут, смажут, проверят (хотя японская техника излишнего внимания к себе не требует, пусть тоже поучаствуют) и со следующей недели начнем раздавать.з
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments