May 30th, 2013

лето

Раб КПСС

Сегодня у Вити День Рождения.
Ему бы исполнилось 67 лет.
Светлый был человек.



"РАБ КПСС"

Витя Махотин - уникальный тип. Говорить о нем можно бесконечно. Сразу из детдома он попал в тюрьму. Отсидел не много не мало 16 лет. Изъездил
этапами весь союз. Никогда и нигде не унывал. Сделал на лбу наколку: "Раб КПСС". В Тагиле на больничке наколку варварски вырезали, на лбу
остался шрам. В лагерях Витю все уважали и звали Репин. Кроме того, он вызывающе похож на Ленина.

Освободившись в 30 лет, Витя получил первый в своей жизни паспорт. В графе национальность зачем-то написал еврей. Все удивлялись. Витя тоже.

Идти ему было некуда. Питался он в столовой на Химмаше. Брал два стакана чая и поднос с хлебом. Соль и горчица стояли на столе. Хлеб в те годы
был бесплатным.

Родители давно умерли. У Вити остался только один родной человек. Старенькая бабушка Вера Витю очень любила. Вот о ней и пойдет речь.

Бабушка Вера была замечательной старушкой. Когда Витя сидел, она писала ему добрые письма, посылала сало, махорку и шерстяные носки. Витя
отсылал ей все заработанные в лагере деньги.

Витя и сейчас живет очень небогато. Прямо скажем, нуждается. Но каждый раз, когда у него появляются деньги, он их раздает людям, которым они
еще нужнее. Удивительно стойкое неприятие довольства и достатка. А про тех людей, которые слишком хорошо живут, бабушка Вера так и говорила:
"Блинами жопу вытирают".

Витя приехал к бабушке Вере. Поселился в маленьком домике. А еще у бабушки Веры жили две собачки и три кошки. На Пасху бабушка Вера белила
хатку. Собачки и кошки ютились на диване. Она их шугала, пытаясь выгнать на улицу. Хитрые звери перебегали с дивана на комод, с комода на
подоконник, и никак не хотели идти на улицу. На что бабушка Вера с укоризной им замечала: "Вы што, дурачки, на улице говны тают, а у вас
ноги мерзнут?!"

Витя очень любил бабушку и написал ее портрет. Портрет получился замечательный. Витя вставил его в киот и куда бы не переезжал, везде
возил его с собой. Эта картинка в начале 90-х годов висела в Музее Свердлова на Карла Либкнехта, где работал Витя. Мое внимание на нее
обратил Брусиловский. Показал на эту работу и сказал мне: "Все-таки Витя очень сильный живописец!"*

К тому времени у меня было уже много Витиных работ. У него лично я ни разу ничего не купил. Он мне всегда дарил. Доходило даже до скандала.
Когда Витя был директором выставки, у него была замечательная картинка "Бабушкино кресло". В глубоком старом кресле дремлет величественная
старуха, а сбоку тихонечко на цыпочках подкрался ее маленький рыжий внучек. Я эту картинку видел на фотографиях, она мне очень нравилась. Я
знал, что она находится в частной коллекции, и это немало меня удручало.

Однажды на выставке на Ленина, 11 я читал стихи при большом скоплении народа. Витя выпил водки и перевозбудился. "Что я могу подарить тебе?" -
кричал он. И тут я увидел на стене эту картинку. "Витя!" - спросил я, холодея от собственной беспардонности. Витя сказал: "Все, она твоя!"
Перевернув картинку, я увидел надпись: "Диме и Наташе Букаевым от Виктора". "Как же так, Витя?" - "А вот так!" - ответил он и лихо
приписал фломастером: "А также Евгению". Как выяснилось потом, Витя выпросил эту картинку у хозяев на выставку под честное слово на три дня.
Был скандал. Картинка осталась у меня.

Кстати, насчет кресла. Когда Витя жил на Ирбитской, у него был день рожденья. Собрались все. Пришел Фил (Виктор Филимонов из консерватории)
с какой-то девицей. Но жена Фила пришла еще раньше. Фил с девицей ввалились к Вите, ничего не подозревая. Был ужасный скандал и мордобой.
Жена победила. Фил с девицей убежали зализывать раны. Часа три - четыре умный Фил отсиживался в огородах, ожидая, когда его жена уйдет. И сноваони с девицей зашли поздравить Витю. Жена была там. Снова была драка. Соседи вызвали милицию. Милиция приехала через два часа, когда уже все разошлись. Менты вломились в квартиру и застали Витю в халате, сидящего в кресле. "Поехали", - сказали они ему. "С чего вдруг?" - ответил Витя,который, как и все нормальные люди, ментов не любил и имел на это все основания. "У вас тут был скандал", - заявили менты, на что Витя резонно возразил: "Надо было ехать, когда был скандал, а сейчас-то вы на фиг нужны?" - "Вам придется пройти с нами!" - "С места не встану", - сказал
Витя. И действительно, Витя не встал с кресла. В райотдел его доставили вместе с подлокотниками. Дали 15 суток и увезли на Елизавет. Марина
Браславская, Тамара Ивановна, Эмилия Марковна и Светка Абакумова возили ему передачки. Витю все любили.

Все эти годы портрет бабушки не выходил у меня из головы. Я не знал, с какой стороны зайти. Начал я очень деликатно: "Витя, продай мне этот
портрет". Витя посмотрел на меня как на идиота: "Ты сам-то понял, что сказал!? Ты мне предложил продать бабушку! Ты бы свою бабушку продал?
Как у тебя язык повернулся?!" Витя побледнел. Я понял всю глубину своего падения и к этой теме больше не возвращался. Но портрет бабушки мне
нравился очень и я считаю, что это одна из лучших Витиных работ.

Через пару лет я забежал к Вите в музей. Смотрю, сидит ошарашенный Костя Патрушев и держит в руках портрет бабушки Веры. "Вот, - говорит, - у
Вити купил. За 120 рублей". Я очень расстроился, посмотрел на Витю и говорю: "Витя, как это могло случиться?" - "Да, - говорит Витя, -
неловко как-то вышло, бабушку продал..." Я говорю: "Витя, а как ты теперь собираешься мне в глаза смотреть?" Витя очень смутился... Все
замолчали... Мне было очень обидно... Вдруг Витя поднял указательный палец вверх, сказал: "О! Я знаю, как исправить!... Я сделал нехорошо, я
продал Косте бабушку! Я виноват!" Он бросился к сундучку: "Я все исправлю!... Я продам тебе дедушку!" И торжественно вручил мне
замечательный акварельный портрет дедушки Никиты. Портрет был хорош, но обида еще осталась. "Нечестно,-говорю, - Витя, дедушка-то не родной". Витя говорит: "Вот, чудак, кто ж тебе родного-то продаст?"

Однажды нашего товарища Олега Пасуманского в начале 90-х годов жестоко избили омоновцы. Ни за что, просто так. Олег лежал в 14-й больнице у
доктора Ваймана. Мы с Витей решили Олега навестить и утешить. Я заехал за Витей на Ирбитскую. Витя только что закончил автопортрет. Автопортрет мастерски. Витя в тельняшке, похожий на Ленина, на фоне горисполкома. Витя, продай картинку, взмолился я. "Забирай", - сказал Витя. Я дал ему 500 рублей, забрал картинку и мы поехали навещать Олега. Уже в больнице Витя забеспокоился: "Что ж мы, как индейцы какие, с пустыми-то руками. Так и опозориться недолго". Мы зашли в палату, Олег лежал весь перебинтованный. Олег увидел автопортрет и просветлел. "Вот, - говорю, - Олег, это тебе от нас". "Что значит от нас, - возмутился Витя, - ты-то тут при чем?"

Я уже говорил, что почти все свои работы Витя мне подарил. Он также подарил мне две работы Валеры Гаврилова 70-х годов, несколько
замечательных работ Лысякова, лучшую работу Вити Трифонова "Обком строится", несколько картинок Брусиловского, старые работы Валеры
Дьяченко, одну картинку Языкова, Лаврова, Зинова, Гаева, да и не вспомнить всего.

---
* Однажды мы с Брусиловским решили выпить бутылочку вина. И встретили
Витю Махотина. "Витя, выпьешь с нами?" - "Нет. Никогда. Я не такой.
Разве что в виде исключения". Сидели на берегу Исети. Брусиловский,
глядя на воду, задумчиво сказал: "Все-таки Махотин - замечательный
живописец". - "Уж получше Вас-то, Миша Шаевич", - ответил Витя.


------------------------------------------------------------------------------------------------------


Когда я был президентом Фонда, день заканчивал очень поздно, потому что ездил на Белоярку, заезжал на Изоплит в реабилитационный центр, и только после этого, полностью высушенный, почти ночью, ковылял домой.

А Витя Махотин жил прямо по дороге на улице Ирбитской. Витя называл "Ирбитская-стрит" и добавлял, что раньше он жил на "Финских коммунаров-стрит".
У меня руль, прямо, сам туда поворачивал. Я стукал кулаком в стенку, заходил.
Витя жил небогато, но очень чисто. У него в комнате была куча книжек и картинки. Картинки он мне дарил (а я еще, болван, кочевряжился и не всегда брал).
Мы с ним чаю заварим в эмалированных кружках. Пряники, сахар. И сидим, о жизни разговариваем.

А тут как-то Витя достал альбом с фотографиями.
Я смотрел, смотрел: - Витя, а сколько у тебя детей?
Не задумываясь: - Восемнадцать.
Я взвыл: - Витя, ну хорош врать! Если б ты сказал "пять", ты б меня уже убил наповал. Ну, скинь немножко!
- Хорошо. Шестнадцать. Но больше не скину, даже не проси! - Вскочил. Борода всклокочена. - И не вздумай торговаться, я против истины не пойду!
Я говорю: - Ну, хорошо, перечисли.
- Лешка, Петька, Ленка, Илюху ты знаешь, Анька, Вовка, Прохора ты знаешь, Серега, Клавка…
Бормотал, бормотал, загибал пальцы - сбился.
- Слушай, - говорит, - я ведь тебе наврал. Похоже, все-таки, восемнадцать.
Я тем временем фотки смотрю:
- Витя, ты сколько раз был женат?
- Восемь. Или девять. Вот здесь точно не скажу - соврать боюсь.
Показываю фотку: - А это кто?
- О! Это Светка! Как я ее любил!
- Это что, мать Прохора?
- Нет, мать Прохора - другая Светка. Я ее еще больше любил! Это Ленкина мать.
- Так это она к тебе с дочкой тогда приходила?
- Нет. С дочкой Юля приходила.
- Это, с которой у тебя еще в детдоме любовь была?
- Нет. В детдоме у меня была любовь с Танькой… Как я ее любил!
Я растрогался:
- Витя, - спрашиваю, - это была первая любовь?
- Что ты! - отвечает. - Первая любовь вот - Аленка!
Выхватывает фотку: стоит испуганная девочка с мишкой в руке, мишка свисает до полу.
Начинает мечтательно:
- Ей было семь, а мне восемь…
- Так ты же говорил, что она была взрослая!
- Это не она была взрослая! А наша воспитательница Элла Герасимовна! Но это было уже позднее…
- А это кто, твой друг?
- Какой друг! Это мой сын!
- Так это, который от Розки?
- Ну, ты даешь! От Розки - Илюха! А это Ваня от Лили.
- Вот это, что ли, Лилина фотка?
- Это не Лиля! Это Генриетта! Я ее до сих пор люблю!
- А это чья фотка?
Бамс меня по руке!
- А вот этого не трожь! Могут у меня, у взрослого человека, быть маленькие тайны?..

Конечно, Витя прикалывался. Потому что имена каждый раз менялись. Но получалось у него очень складно и красиво.

Когда Витя умер, его отпевали в Михайловке. Было огромное количество безутешных женщин. Я такого не видел нигде.
И совсем по-другому плакала красивая рыжая девчонка, похожая на Витю.


На самом деле у Вити трое детей: Илья, Прохор и Клава...


А вот стихотворение Миши Выходца:

Ода эпитафия отсутствующему счастливо

Виктору Федоровичу Махотину,
человеку и гражданину нашего мира
непосредственному участнику жизни и смерти

Неплохо, но давно нехорошо.
Кто не пошел не с короля, не с пешки -
Тот никуда из дома не пошел.

Скорлупки внешней от ядра орешка
не отделял.
Что нажил - прожил, что налил - то выпил.
Не ублажал многоголовый пипл.
Не накопил ни фунта, ни рубля.
На кровке не божился - буду бля.
И не был бля. И божию коровку
в себе не раздавил.

Оборванным листочком полукровкой
Не слыл среди людей.
Ни Эллин, не ромей, не готт, не иудей.
На белом свете он такой один.
Ни жертва, ни палач, ни раб, ни господин.
Оратай без сохи. На мирном поле воин.
Он моего почтения достоин
зато одно, что мелкие грешки
Не превращал в великие стишки.

Однажды он оставил нас.
В свой день и час неторопливо
За ним закрылась дверь.
Он в мире всем теперь
Отсутствует счастливо
лето

Блинами жопу вытирают


Посмотрите как это выглядит в натуральную величину.


Предложение для свердловских, уральских, федеральных – каких угодно – силовиков.

Екатеринбург. Министр Мутко. Две «прокладки». Сотни миллионов.
Текст – обращение в органы следствия. У силовиков есть шанс раскрыть крупную аферу. ФОТО

Есть прекрасная возможность расследовать громкое дело. Обеспечен огромный, даже международный резонанс. Будут новые звания, должности, награды. Дерзайте!

Вчера на форуме «Будущее города» перед общественностью предстал архитектор Борис Левянт, руководитель бюро ABD Architects. Он занимается созданием проекта реконструкции Центрального стадиона в Екатеринбурге. Я не профессионал и допускаю, что Левянт – заслуженный, замечательный архитектор и Екатеринбургу крайне повезло, что именно этот человек будет создавать объект.

Можно даже вынести за скобки скандал, который вызвало выступление Левянта. Борис Владимирович сказал, что власти предлагают реконструированный два года назад Центральный стадион вновь разрушить до основания, перестроить за 11 млрд, а после чемпионата мира ОПЯТЬ перестроить, так как он для города слишком большой (это за гранью понимания, ну да ладно).

Важнее, как вообще компания ABD Architects появилась в этой истории. Следите за руками.

В декабре 2012 года объявленный свердловскими властями конкурс на проектирование Центрального стадиона выиграла компания ФГУП «Спорт-инжиниринг», традиционно строящая объекты для Минспорта. За услуги по созданию проекта ФГУПу заплатили 898 миллионов рублей (за один только проект!). Вот документы.

В феврале 2012 года ФГУП «Спорт-инжиниринг» тихонько провел свой конкурс и передал заказ по проектированию московской компании «СтройИмпульс». Ей за проект предназначалось уже 683 миллиона. Вот документы.

И вот на сцене появляется настоящая архитектурная компания ABD Architects, которая, собственно, и занимается проектом. Значит, «СтройИмпульс» в свою очередь передал заказ им. За сколько точно – мы не знаем. В отличие от ФГУПа, «СтройИмпульс» - негосударственная структура и о конкурсе не отчитывалась.

Я позвонил Борису Левянту, он подтвердил, что заказ пришел к нему именно по такой цепочке. На вопрос, какую сумму за работу получит его компания, Левянт не ответил. Но сказал, что это «намного, намного» меньше, чем 683 миллиона.

Получается, что в процессе проектирования возникли две фирмы-прокладки. Если бы свердловские власти сразу обратились к Левянту, они могли бы заплатить «намного, намного» меньше, сэкономить бюджетные средства для жителей Свердловской области. Только на осевшие во ФГУП «Спорт-Инжиниринг» 215 миллионов можно было построить новый детский сад на 300 мест (и еще бы осталось: такой объект стоит 170 миллионов). А сколько осело в «СтройИмпульсе»?

Короче говоря, ребята в погонах! Тут и делать-то ничего не надо. Все документы есть. Допросите руководство «Спорт-инжиниринга». Допросите руководство «СтройИмпульса». Допросите Левянта. Запросите договор между «СтройИмпульсом» и ABD Architects. Сравните цены, которые платились за проект. Поинтересуйтесь, куда делось остальное. Profit! Вы раскрыли примитивную, но очень большую аферу, в результате которой из свердловского бюджета непонятно куда делись сотни миллионов рублей. Работы максимум на несколько дней.

Вам дадут медаль и новое звание. Мы опубликуем ваш портрет в золотой рамочке. Конечно, есть и другой риск. Министр Мутко или еще кто-нибудь позвонит куда надо, пожалуется, и вас уволят со службы пинками, а потом еще возбудят уголовное дело, чтобы неповадно было. Но вы же российские офицеры, вы рождены, чтобы рисковать. Попробуйте!

Можете считать эту публикацию официальным обращением средства массовой информации в органы прокуратуры и следствия.


Таким был Центральный стадион Екатеринбурга до 2011 года


Так стадион выглядит сегодня


Это от стадиона останется через год


В это стадион трансформируется к 2018 году…


Или в это…
(http://www.znak.com/svrdl/articles/30-05-17-59/100760.html)

-------------------

А вот, что по этому поводу сказал egor_bychkov: "Дурость"


Подписываюсь.