Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

лето

Камень

Вчера с Володей Шахриным навестили Мишу Брусиловского, и Волович тоже был. А у нас есть одна серьёзная задумка, потом расскажу, и нам надо было обсудить. И вот мы сидим с Володей и, чувствуя себя мальчишками, разговариваем с этими могучими людьми. И то, Брусиловскому в мае будет 85, а Воловичу в августе 88! Оба работают, каждый день на ногах, сохраняют твердость руки и зоркость глаза и ясность ума и тепло души! Прожили жизнь, в партию не вступали, друзей не предавали, на горло никому не наступили, занимались любимым делом, всю жизнь созидали и до сих пор совершенствуются. Ну, все, конечно было. И голодали, и войну пережили, насмотрелись всего и шельмовали их и разоблачали и оба сумели остаться весёлыми и добрыми и мудрыми. И вот мы разговариваем с ними, а в это время они же в ста метрах стоят в сквере на Ленина в виде бронзовых памятников - Виталий Волович, Миша Брусиловский и Герман Метелев.. Много ли городов в России, где жители художникам при жизни памятники ставят? И ещё Виталий Михайлович рассказал. Витязь на распутье, камень перед ним, а на нем написано: Прямо поедешь - по голове получишь. Направо поедешь - по голове получишь. Налево поедешь - по голове получишь. Задумался витязь и вдруг раздался голос с неба: Ну, чего встал?! Поезжай , давай, а то по голове получишь!..



лето

Дорогое имячко

Прозвища, порой, значат больше имени. У нас в деревне жил Жабрей, это значит репейник. Полностью соответствует. А сынок у него - Пашка Колючка. А еще у нас жила женщина, ее звали Мотя - Крашеные Губки. А в Усть-Цильме живет Витя Невкусный, его медведь начал было драть, передумал и ушел в лес. А еще у нас был парень, ему в драке ухо отгрызли, естественно прозвали Пьером Безуховым, тут много ума не надо.
А вчера в деревне спрашиваю у местного:
- А в этом доме кто жил?
- А, - отвечает, - Генка Говно тут жил...
- Что, спрашиваю, так и звали?!..
- Ну!
- Почему?
- Дак, человек такой был...
Ох ты, блин, думаю, аккуратнее надо жить. Но это еще ничего. У нас одного мужика из Забегалово звали Костя Гитлер. За глаза , конечно. Хотя, мужики, пируя и в глаза называли. У нас механизаторы ни сколь деликатные. Он уж и отзывался на прозвище. А куда денешься? Просто он пьяный плохой был. И как напьется, семью из избы выгонял на мороз и гонял босиком по снегу. Вот и получил. Он уж старик был и пить-то бросил, а все Гитлер! Но это пол-беды. Сына его прозвали Геббельсом. Спрашиваю у своих: Ну почему?!.. -Дак, отвечают, если отец-от Гитлер, дак сын-от непременно - Геббельс! Охренеть, говорю. Но тут председатель меня успокоил: А я, говорит, никогда его Геббельсом не называл, а всегда по отцу, только Гитлером.... А еще у нас в Артемовске, в районной больнице, хирург как-то с ассистентом надубасились.да так оттопырились,что теперь одного зовут Стакан, а второго Подстаканник. Так и живем.
лето

Про людоедов

Разговаривал с молодым жизнерадостным сталинистом. Он мне попытался своими словами пересказать то, что он запомнил из предвыборной агитки , направленной на окучивание сельских пенсионеров. А мне лень слушать и я попытался его успокоить простым аргументом. Говорю: Смотри. Только в 1937-38 годах по политическим статьям ( это данные НКВД) было репрессированно около 1.400.000 человек. Порядка половины из них, 682.000 человек ,были незамедлительно расстреляны. Таким образом страна , на протяжении двух лет убивала тысячу своих граждан в день. Еще раз. Убивали 1000(тысячу) человек в день, своих граждан , непрерывно в течении двух лет.. А он смотрит на меня, улыбается и говорит : Ну и что?!... Если я скажу, что мне стало страшно, то это не так. Мне стало противно. Но я всё равно буду с ними говорить.

P.S. Тут, как обычно набежали и требуют ссылок. Объясняю. Это данные Справки Спецотдела МВД СССР подготовленной для Политбюро ЦК КПСС 11.12. 1953 ( у историков "справка Павлова") на сегодняшний день понятно, что цифры занижены.

лето

Это было в бою 10 октября 1942 года

Семнадцатилетний Ион Деген пытался перевязать раненого Гошку Куликова, а у того была разворочена грудь, и били два фонтанчика крови. Ион хотел заткнуть рану и утопил тампон, он пытался закрыть рану бумагой от перевязочного пакета, потом скинул гимнастерку, сдернул рубашку и начал рвать её на бинты... Вдруг Гошка открыл глаза и произнес: "Отдавать надо живым!.." Это были его последние слова. Так появилось знаменитое стихотворение «Мой товарищ, в смертельной агонии…»
Мой товарищ, в смертельной агонии
Не зови понапрасну друзей.
Дай-ка лучше согрею ладони я
Над дымящейся кровью твоей.
Ты не плачь, не стони, ты не маленький,
Ты не ранен, ты просто убит.
Дай на память сниму с тебя валенки.
Нам ещё наступать предстоит.
Декабрь 1944 г.
лето

(no subject)

Это распятие. 1799 год.
По правую руку от Спасителя разбойник, который обратился. И Спаситель Сказал ему: "Истинно тебе говорю, ныне же будешь со мной в Раю".
А по левую руку тот, который злословил и хулил Спасителя.
Он нарисован без бороды, чтобы сразу было понятно, кто есть кто.
И, в самом центре панорамы древнего Иерусалима, нарисована многоярусная Невьянская башня с часами.




лето

Вербное Воскресение

Сегодня Вход Господен в Иерусалим. Праздник добрый. И на иконе это видно. Детки на пальму забрались, внизу детки под ноги ослику кладут цветные одежды. А жители встречают с веточками вербы. А пальцы сложены в двоеперстие, чтобы все видели из какой древности идет истинное перстосложение. Это Невьянская икона начала 18 века. Очень добрая и торжественная.





лето

Становится актуальней

...одинокий Ной
Ступив на трап, шаги свои замедли
И вслух скажи, взглянув на эту землю:
Я не достоин Родины иной.

Когда шаги услышишь за спиной,
Остановись и успокойся, чтобы
Вздохнуть глубоко и сказать сквозь зубы:
Я не желаю Родины иной.

Когда последний день перед войной
Еще не поздно, не упало слово,
Не надо ни спасения ни славы
Оставь меня, я встану под стрелой.

Когда уже затихнет за стеной,
По-новому увидишь и покажешь,
А все к земле ты слова не привяжешь
Я не желаю Родины иной.
1994 г.
лето

Что думаете?

Всю жизнь мне не дает покоя одна песня Высоцкого.

Я рос, как вся дворовая шпана -
Мы пили водку, пели песни ночью,-
И не любили мы Сережку Фомина
За то, что он всегда сосредоточен.
Сидим раз у Сережки Фомина -
Мы у него справляли наши встречи,-
И вот о том, что началась война,
Сказал нам Молотов в своей известной речи.
В военкомате мне сказали: "Старина,
Тебе броню дает родной завод "Компрессор"!"
Я отказался,- а Сережку Фомина
Спасал от армии отец его, профессор.
Кровь лью я за тебя, моя страна,
И все же мое сердце негодует:
Кровь лью я за Сережку Фомина -
А он сидит и в ус себе не дует!
Теперь небось он ходит по кинам -
Там хроника про нас перед сеансом,-
Сюда б сейчас Сережку Фомина -
Чтоб побыл он на фронте на германском!
...Но наконец закончилась война -
С плеч сбросили мы словно тонны груза,-
Встречаю я Сережку Фомина -
А он Герой Советского Союза...


Здесь два варианта. Или рассказчик негодует и показывает, что Сережка Фомин не воевал, благодаря блату, и незаслуженно стал Героем Советского Союза. Или наоборот, рассказчик думал о человеке плохо, и оказалось, что был не прав. В моем понимании, за второй вариант говорят простые вещи. Ну, первое, что Героя Советского Союза за просто так в те годы никому не давали. И пропевая повтор, Высоцкий проговаривает: «А он Герой Советского Союза» спокойно и значимо. И даже с какой-то ноткой растерянности. Мне кажется, это песня о том, что нельзя огульно думать о человеке плохо. Я правильно понимаю?
лето

Коротко

Императрица Екатерина II, которую потомки заслуженно прозвали Великой, часто повторяла свою любимую пословицу: "Станем жить и дадим жить другим".

Мне кажется, вот она, точно сформулированная, национальная идея.
лето

Экоголическое

У нас в деревне в конце 80-х как-то плохо с сеном было. Коров кормили соломой. А в солому примешивали патоку, ну чтоб коровы охотней ели. И для этих целей в земле устроили пятитонную емкость. А местные старухи приспособились эту патоку черпать ведрами, и ставили на ней брагу. И мужики пировали. Бригадир за голову схватился, и охрану выставили возле емкости, а все равно черпали, и охранник еще помогал. И тогда в емкость стали выливать навоз, прямо все, что было из-под коров – все туда сливали. Все об этом знали. Но патоку продолжали черпать. И брагу ставили. И мужики продолжали пировать. И ведь понимали, что пьют. Вонь стояла на всю деревню. А выхлоп такой, что хрен с чем спутаешь. Оправдывались, конечно, перед бабами своими, как могли, дескать, прости, я тут это, пил… - А, пил, ну слава Богу, а то я уж подумала, что ты ел!
Ну и конечно, как разговор зайдет, оправдывались: «Ну дак а че, ну попахиват, ну пробросит пару раз, а другие то вон, вообще, стеклоочиститель жрут, денатурат опять же! Хотя денатурат еще ничего… А бражка то – че? Все натуральное, никакой химии.»